Кровавое Воскресенье

Кровавое Воскресенье

Кровавое Воскресенье. Разбор события и полная хронология с указанием источников. Текст был взят из сообщества Вконтакте «Правый Хайп // Антикомми постирония».

Кровавое Воскресенье

Сколько разборов не было на эту провокацию, и все неполные. Одни охватывают одно, другие — другое. Поэтому сейчас мы с вами разберём уже полностью это событие, которое коммунисты считают мирным шествием с иконами и портретами царя, во главе со священником, расстрелянное просто так.

Соблюдая хронологию событий, сначала рассмотрим покушение на государя(при чём тут оно — узнаете в следующей части текста).

«В день Крещения, 6 января, государь с блестящей свитой, предшествуемый духовенством и митрополитом, вышел из Зимнего дворца и отправился к беседке, устроенной на Неве, где происходило водосвятие. Началась торжественная служба, и был дан с Петропавловской крепости обычный салют орудийными выстрелами.

Во время салюта неожиданно для всех упали — как на павильон, так и на фасад Зимнего дворца — круглые картечные пули. В беседке было насчитано около 5 пуль, из коих одна упала совсем рядом с государем. Ни император и никто другой из свиты не дрогнули. Все стояли как вкопанные, недоумевая, что случилось. Только пред самым уходом я и еще несколько лиц свиты подняли с пола павильона по одной пуле.

Крестный ход возвратился в Зимний дворец, и, проходя мимо Николаевского зала, мы увидали несколько разбитых оконных стекол. Кто-то из начальствующих лиц Петербургского округа подошел к государю и объяснил, что в дуле одного из орудий оказался забытый картечный заряд. Государь молча прошел дальше. Впечатление на публику это произвело самое тяжелое. Конечно, никто не верил, что это случайность, все были уверены, что это покушение на государя, исходящее из среды войск.»[1]

Именно поэтому Николай 2 и уехал из Петербурга, а не все эти теории о «нежелании взять петицию». Да-да, в городе его не было:
«9 января 1905 года, чуть свет, директор опять телефонировал, прося сейчас приехать. Я отправился. Но, проехав через Николаевский мост, вернулся. Там стоял наряд войск. Полицейский офицер мне заявил, что на Васильевский остров ехать можно, но обратно не разрешит. Обратно через Неву никого пропускать не приказано. У Академии стояли стройными рядами рабочие, все прибывая. Сколько я мог заметить, они были одеты в праздничное платье. Я вернулся через Дворцовую площадь. Там стояли войска. Знакомый офицер мне передал, что людям розданы боевые патроны.

— На что? рабочие настроены вполне миролюбиво. Я уверен, что Государь к ним выйдет.

Офицер удивился:

— Разве вы не знаете, что Государя в городе нет? Он выехал.

— Выехал из города? Быть не может!

— Я знаю наверняка.

— Когда выехал?

— Этого я не знаю. Кто говорит — вчера, кто — раньше.»[2]

«Прекрасный» аргумент часто можно услышать от коммунистов, что мол Гапон не коммунист, потому как он священник, да ишествие шло с иконами…

В этот момент достаточно вспомнить, как они эти иконы получили. Разграбили церковь.
СВЯЩЕННИК, приказывающий ГРАБИТЬ ЦЕРКОВЬ ради какой — то политической провокации. Кто — нибудь ещё собирается соврать, что он православный?
Из его же книги:
«Видя все это, я подумал, что хорошо было бы придать всей демонстрации религиозный характер, и немедленно послал нескольких рабочих в ближайшую церковь за хоругвями и образами, но там отказались дать нам их. Тогда я послал 100 человек взять их силой, и через несколько минут они принесли их. Затем я приказал принести из нашего отдела царский портрет, чтобы этим подчеркнуть миролюбивый и пристойный характер нашей процессии.»[3]

Текст же самой петиции это вообще что — то с чем — то.
2.4 пункт — Прекращение войны(которую начала Япония, без объявления войны напав на Порт-Артур) ПО ВОЛЕ НАРОДА.[4]
Уже чувствуете запах, кто спонсировал? ВОЛЯ НАРОДА — не защищаться и сдаться Японии, напавшей на Россию. Нравится?
3.5 пункт — Свобода борьбы труда с капиталом — немедленно.[4]
Более тупых требований я не встречал даже от феминисток. Делайте выводы, что называется.
Но дальше — смешнее:
«Повели и поклянись исполнить их и ты сделаешь Россию и счастливой и славной, а имя твое запечатлеешь в сердцах наших и наших потомков на вечные времена. А не повелишь, не отзовешься на нашу мольбу, — мы умрем здесь, на этой площади, перед твоим дворцом. Нам некуда больше итти и не зачем. У нас только два пути: или к свободе и счастью, или в могилу… пусть наша жизнь будет жертвой для исстрадавшейся России. Нам не жаль этой жертвы, мы охотно приносим ее!»[4]
Захотели подохнуть из — за своих сумашедших требований — да пожалуйста. Сами подписались. Что коммунисты ноют?
До перечисления пунктов же всё состоит из нытья о том, что рабочие якобы плохо живут. Но так ли это?

Кровавое Воскресенье
Андрей Борисюк — Рекорды Империи, стр. 80

1 царский рубль стоил около 1513 рублей в конце 2015го.
1 доллар в конце 2015го стоил 73 рубля. Сейчас тоже самое. Итого 20.75 доллара, почти 21. 21 доллар за 1 рубль — вот это реально сильнейшая экономика, а не ваш совок.
Борисюк указал на графике зарплаты за 1908й и 1900й, но за 1905й нет. Возьмём поменьше, 1900й. 4295,25 долларов в год, или же 313 209,63 рублей. В месяц это получается 26100. А теперь посмотрим на темпы роста зарплат и сделаем выводы сами, да?

Но вернёмся к кровавому воскресенью.
Историк Андрей Борисюк также отмечал, что в петиции имели место требования устранить самодержавие[5], однако я не нашёл такого, нашёл лишь про ограничение. Возможно дело в том, что везде попадаются разные варианты петиции, а в архив сам я не ходил(надо будет исправить это).

Сам же факт «мирной» демонстрации — лишь пропагандистский штамп совочков того времени. Вспомним слова Гапона:
«Если царь не исполнит наших требований, тогда мы разнесём весь Зимний дворец, не оставим камня на камне»[6].

«Если государь примет депутацию, то я возвещу об этом белым флагом, а если не примет, то красным, и тогда вы можете выкинуть свои красные флаги и поступать, как найдете лучшим».[7]

Мирные намерения, правда? Да и сама толпа не менее мирная:

«В заключение я спросил, есть ли у них оружие, на что социал-демократы ответили мне, что у них нет, а соц.-рев. — что у них есть несколько револьверов, из которых, как я понял, они приготовились стрелять в войска, если те будут стрелять в народ.»

МИРНАЯ толпа, которая пришла с ОРУЖИЕМ. Во.

Да и организаторам изначально было известно, что будет бойня:
«Я толкал женщин и детей на бойню, чтобы вернее достигнуть намеченной цели. Я думал: избиение взрослых мужчин, может быть, еще перенесут, простят, но женщин, расстрел матерей с грудными младенцами на руках! Нет, этого не простят, не могут простить. — Пусть же идут и они! — говорил я себе. — Пусть они умрут, но вместе с ними умрет единственный символ, удерживающий Россию в цепях рабства…»[8]

Я думаю, первые слова из цитаты уже говорят о многом, верно? Кто думает о народе? Те, кто сознательно толкает женщин и детей на бойню?

Народ-то кстати понял суть провокации, и стал раскаиваться:
«…Вы обманули нас и сделали рабочих, верноподданных Царя — бунтовщиками. Вы подвели нас под пули намеренно, вы знали, что это будет. Вы знали, что написано в петиции якобы от нашего имени изменником Гапоном и его бандой. А мы не знали, а если бы знали, то не только никуда бы не пошли, но разорвали бы вас в клочья вместе с Гапоном, своими руками.»[9]

Теперь понимаете? Народ обманули, зная, что будет бойня. Думаю, теперь я всё, что мог, охватил. Если что — то забыл упомянуть — напишите в комментариях.

Источники:
[1] — Александр Мосолов — При дворе последнего императора, стр. 9

[2] — Воспоминания. От крепостного права до большевиков — Врангель Н. Стр. 89

[3] — История моей жизни (Гапон)/Глава пятнадцатая. Утро 9 января

[4] — ЖУРНАЛ «Красная летопись», № 2, 1925 г. Окончательный текст рабочей петиции, с которой рабочие шли 9 января 1905 года к царю Николаю II

[5] — Андрей Борисюк, История России, которую приказали забыть, стр. 75

[6] — Брюккель Б. Из воспоминаний о 9-м января // Петроградская правда. — Пг., 1920. — № от 22 января.

[7] — История моей жизни (Гапон)/Глава четырнадцатая. Последние приготовления

[8] — А. И. Матюшенский. Гапон и мой антихрист

[9] — Неопубликованное письмо московского слесаря (1905) // Приложение к российскому историко- публицистическому журналу «Родина», 1997, № 1, С. 67.